Охота и рыболовствоОхотаИстория → Краткая история охоты

Краткая история охоты

виды птиц

Охота родилась одновременно с человеком, развивалась и видоизменялась вместе с ним. Она так же многолика, как и природа различных уголков земли, тесно связана с климатическими условиями, растительностью и, конечно же, с животным миром. У каждого народа — свои охоты, свои охотничьи приемы. Цивилизация до известной степени стерла эти различия, огнестрельное оружие подчас оказывалось более действенным средством, чем местные способы охоты и традиции, но воспоминания о былых охотах живы в памяти народа, запечатлены в фольклоре, нашли отражение в литературе, живописи.

Первобытные охоты. Мотивации их предельно просты: добыча пропитания и одежды, оборона от опасных хищников. Многочисленные наскальные изображения в пещерах и на скалах дают нам зримое представление о технике охот (правда, не самых древних): групповые атаки с копьями, рогатинами и палицами на крупных растительноядных зверей, вплоть до слонов и мамонтов; охота с луками и дротиками на различных антилоп и оленей; загонные охоты; устройство ловчих рвов и ям.

Историей охоты на территории нашей страны занимались такие крупные ученые, как акад. И. С. Пидопличко, профессора В. И. Громов и В. И. Цалкин. Много лет посвятил этой проблеме зоолог, палеонтолог и охотовед профессор Н. К. Верещагин [7]. В содружестве с археологами и геологами он участвовал во множестве раскопок, причем была определена принадлежность более 1, 5 млн. ископаемых костных остатков из слоев четвертичного периода. Самые ранние следы операций человека с тушами и костями крупных млекопитающих были обнаружены ученым в 1952 г. на Таманском полуострове. Они относятся к дошелльской эпохе, отстоящей от нас на 400—450 тыс. лет! На кого могли охотиться люди той поры? На южных слонов, антилоп, верблюдов, мелких бизонов... Орудия и приемы этих древнейших охот человека скрыты от нас во тьме веков...

Находки из множества пещерных палеолитических стоянок на Украине, в Крыму, на Кавказе дают более полную картину. Около 80—200 тыс. лет назад, в эпоху нижнего палеолита, первобытные охотники добывали уже самых крупных млекопитающих — слонов, мамонтов, носорогов, гигантских оленей, бизонов, пещерных медведей. Все эти звери были обитателями южных пределов нашей страны. Первобытные люди описываемой эпохи уже умели изготавливать примитивные орудия труда. Но ученые сомневаются, чтобы ашелльские и отчасти мустьерские кремневые остроконечники, грубые и примитивные, можно было использовать в качестве наконечников копий. Охотники гнали зверей к обрывам и заставляли сбрасываться с уступов. Долгое время этот способ охоты на копытных животных был преобладающим...

Еще большой шаг по направлению к нашим дням. Верхний палеолит, отстоящий от нас на 10—60 тыс. лет. Холодный климат вызвал к жизни ландшафт с преобладанием своеобразной тундростепи. Состав добычи охотников значительно расширяется. На Русской равнине в кухонных остатках стоянок древних людей встречаются кости не менее 20 видов зверей: преобладает заяц-беляк. Значит, охотники уже могли использовать какие-то примитивные ловушки для поимки этих зверьков. Далее по числу встреч следуют дикие лошади. На них, как и на куланов, оленей, бизонов, охотились с дротиками и копьями, продолжая, разумеется, применять загоны и ловчие ямы. Песец, волк, лисица, бурый медведь, росомаха, пещерный лев, сурки, бобр, мамонт, волосатый носорог, кабан, лось, северный олень, сайгак и дикий бык — тур дополняют внушительный перечень объектов охоты на Русской равнине в верхнем палеолите. Человек в полной мере развернул свои охотничьи дарования, сделав постоянную добычу диких зверей и птиц одним из основных занятий, поддерживавших его существование и способствовавших дальнейшей эволюции... Дротики и копья были снабжены плоскими кремневыми или роговыми наконечниками, что намного увеличивало эффективность охоты на диких копытных животных и некоторых других млекопитающих.

Как отмечает профессор Н. К- Верещагин, верхний палеолит был эпохой расселения различных палеолитических племен по долинам рек и освоения ими при помощи самоловов, облавных и индивидуальных охот огромных ресурсов животного белка в виде сотенных стад мамонтов, тысячных стад лошадей, бизонов, северных оленей.

Около 12—10 тыс. лет назад произошло резкое изменение природных условий на огромных пространствах Европы и Северной Америки. Потеплело. Отступили льды Арктики. Пошли на убыль равнинные ледники. Тайга на миллионах квадратных километров потеснила степь и тундру. Очень сильно уменьшилась численность крупных травоядных животных: они гибли от недостатка кормов, тонули в реках и озерах и т. д. Исчезли мамонты и пещерные медведи, значительно уменьшились ареалы и численность диких лошадей, бизонов, овцебыков.

Основной добычей племен нового, каменного века, живших по долинам степных рек и берегам озер, стали куланы, тарпаны, благородные олени, бобры. В лесах на мясо добывали преимущественно кабана, лося, медведя. Из числа пушных видов в руки охотников чаще попадали куницы, бобр, зайцы (мясо их, конечно же, съедалось). Заметную роль начинает играть добыча пернатой дичи, особенно — водоплавающей...

Каменный век принес человеку новое мощное охотничье оружие — лук. Постоянно совершенствуемый, он многие века служил одним из главных орудий охоты. На кого охотились древние люди иных районов европейского континента? Об этом можно судить по наскальным рисункам и кухонным остаткам. Вот знаменитая пещера Альтамира в Испании. Здесь тремя красками — коричневой, черной и охрой — изображены более 150 видов диких животных, но преобладают среди них бизон, олень и дикая лошадь. Пещера Раффигнаг во Франции. Изображения 44 мамонтов, 27 горных козлов, 14 бизонов, 17 лошадей, 11 носорогов оставили на ее стенах древние художники-охотники. Намного отличалась охотничья фауна тех времен от современной!..

Костные остатки добытых животных, обнаруженные на месте бывших палеолитических поселений человека, показывают еще более разнообразную картину. В Швейцарии, близ местечка Драхенлох, высоко в Альпах, охотники специализировались на... молодых пещерных медведях. Выявлены остатки до 1000 этих животных, причем возраст их колебался от двух до восьми лет. В горах на территории современной Венгрии также жили любители медвежатины; сохранились костные остатки более 2 тыс. пещерных медведей, из которых 80 % были молодыми. В одном из местечек Гаронны, во Франции, древние охотники предпочитали другую добычу — северных оленей; здесь обнаружены кости, принадлежащие трем десяткам тысяч этих животных. В районе Солютре, на юге Франции, основным объектом добычи были дикие лошади, остатки 10 тыс. особей которых идентифицированы на месте палеолитической стоянки.

...С возникновением древних цивилизаций связаны все более прогрессирующие изменения целей, содержания, форм, орудий охоты. Охота в древнем ее предназначении, охота как основная форма деятельности и главный источник существования, промысловая охота — так стали называть ее специалисты — долгие века постепенно сходила на нет, медленно сдавая позиции под натиском цивилизации в ее разнообразнейших проявлениях. Первые существенные удары по «всеобщей» промысловой охоте нанесли животноводство и растениеводство, давшие людям более надежный источник существования, привязавшие их к определенному месту, потребовавшие больших и постоянных затрат труда и времени. Каждый новый вид деятельности, связанный с производством материальных благ, отвоевывал у охоты часть ее прежней исключительности и значения. Но этот процесс был медленным. Еще в первой половине нынешнего столетия промысловая охота в сочетании с рыболовством, зверобойным промыслом и некоторыми видами таежного собирательства была одним из основных занятий местного населения на огромных пространствах Азии, Северной и Южной Америки, Африки, Австр алии. Видоизменялись и совершенствовались орудия лова и способы добычи диких животных. Давным-давно появились различные сети. Для добычи морского зверя стали применять гарпун. Охотничьи путики в бесконечной тайге были оснащены сотнями тысяч различных плашек, кулемок, черканов, слопцов, ледянок, петель. В тундрах для массовой добычи песца за сотни лет было создано пастевое хозяйство. Миллионы птиц и зайцев отлавливались силками и петлями. Каких только орудий лова не придумал, не изобрел человеческий ум!

В охотничьих делах человек стал широко использовать четвероногих помощников — охотничьих и ездовых собак, транспортных оленей, лошадей...

Еще 30—40 лет назад в бассейне реки Енисея, например, можно было встретить типичный промысловый уклад, обычаи, орудия лова средних и более ранних веков — оленных эвенков, передвигающихся по тайге на оленях в поисках пушного зверя; хантов, добывающих рыбу при помощи луков и копий.

Постепенно происходило обогащение охотничьего промысла более совершенными орудиями добычи. К деревянным стационарным самоловам прибавились переносные — стальные капканы. Нет, они не вытеснили их, а долго сосуществовали вместе, пока по целому ряду причин не захирело, не развалилось вековое плашниковое (кулемочное, пастевое) хозяйство. Вместо луков, копий, рогатин промысловик получил огнестрельное оружие, сначала — примитивное, кремневое, шомпольное, а затем и более современное. В близкие к нам времена собак и транспортных оленей почти вытеснил механизированный транспорт.

...Середина XVI в. Взоры русских обращены на восток. И одна из основных причин, влекущих все новые и новые дружины на просторы Сибири,— пушные богатства этой огромной неизведанной страны. Здесь они встречают многочисленные местные народности, главным занятием которых являются охота, рыболовство и оленеводство. Мехов, действительно, много. Ермак посылает в Москву прекрасные шкурки пушных зверей: 2400 соболей, 88 черно-бурых лисиц, 2000 бобров. Но это только начало, пролог будущего пушного бума, который растянулся на несколько столетий. Дань местные народности платили в виде натурального налога, ясака. В начале XVII в. в Западной Сибири ясак устанавливался в расчете 5—7 (до 18—22) собольих шкурок на человека. Это обеспечивало поступление огромного количества пушнины. В 1605 г. Москва получила только из 11 русских поселений в Сибири более 50 тыс. собольих шкурок.

.. .Становление, расцвет, падение промыслового пушного хозяйства Сибири и Дальнего Востока вполне могли бы стать темой специального самостоятельного исследования. Достаточно напомнить, что не в последнюю очередь пушнина привела русских на североамериканский континент, способствовала колонизации Аляски и возникновению Русской Америки.

Огромна роль пушнины и в освоении Северной Америки европейскими колонистами. И там они встретили местные племена с традиционным охотничьим укладом, основой жизни которых был промысел диких животных, собирательство и в меньшей степени — сельское хозяйство. Если торговая статистика сохранила для нас цифры, хотя в какой-то степени характеризующие размеры добычи пушных зверей в историческое время, то о числе добывавшихся мясных животных мы можем только догадываться. Во всяком случае оно было огромным. Стада северного оленя обеспечивали пищей и шкурами жителей тундры и лесотундры; некоторые индейские племена почти целиком зависели от состояния стад бизонов, от урожаев зайца-беляка, бобра и ондатры. Сотни миллионов рябчиков, куропаток и тетеревов, водоплавающих птиц дополняли мясной рацион аборигенов Северной Америки.

Колонизация земель европейскими поселенцами привела к значительным изменениям в характере охотничье-промысло-вого хозяйства. В Сибири возникла система охотничьих ухожий, закреплявшихся за отдельными охотниками и переходивших по наследству. Появились новые способы и орудия лова. Но все равно промысловое хозяйство длительное время считалось очень важным занятием, на котором прочно держалась экономика обширных малонаселенных областей севера Евразии и Северной Америки...

Ныне промысловая охота, утратившая свою роль единственного или важнейшего источника существования, сохранилась в особых, модернизированных формах. Лишь в самых глухих и чудом не затронутых цивилизацией уголках Азии, Африки, Южной Америки и Австралии можно встретить небольшие племена аборигенов, живущих только собирательством, рыбной ловлей, охотой. Луки, копья, дротики, духовые ружья с отравленными стрелами продолжают служить им, давая необходимую добычу. Это — тупиковая ветвь древней промысловой охоты для себя. Она засыхает и отмирает на наших глазах...

Кроме промысловой охоты «для себя», существовал охотничий промысел ради получения доходов и даже обогащения. Разумеется, с очень давних времен продукция всякого промысла частично сначала обменивалась, а затем и продавалась; не вся она шла для личного потребления. Охотнику и его семье требовались мука, соль, сахар, чай, табак, оружие, боеприпасы, ткань для одежды. Чтобы получить все это, охотник вынужден был обменивать или продавать большую часть добытой им пушнины. Но богатым охотничий промысел «для себя» не сделал почти никого, разве что случай предоставлял возможность добыть чернобурку или пару черных соболей в пору очень высокой стоимости их мехов.

Но были и другие промысловики, сыгравшие зловещую роль в исчезновении или резком сокращении численности некоторых видов диких зверей и птиц. Они снаряжали специальные промысловые экспедиции за добычей массовых видов охотничьих животных. От этих многовековых пиратских налетов пострадали лежбища морских котиков (южный морской котик долгое время считался истребленным), моржей, каланов, различных тюленей.

...Охоту, отличную от промысловой, в последние десятилетия называют любительской или спортивной, иногда ставя знак равенства между двумя этими определениями, иногда — нет. Иных терминов для обозначения непромысловой охоты не существует. Но как-то не идут слова «любительская», «спортивная» к тем охотам, о которых сейчас пойдет речь. Занимались ими преимущественно знатные или богатые люди не для получения средств к пропитанию, а для забавы, удовольствия, удовлетворения прихоти. Наверное, и надо говорить об охоте-забаве, часто кровожадной и жестокой. Правда, нередко во время охотничьих забав властители преследовали и практические цели. Например, в былине о Волхве Святославовиче есть такие строки:

«А бьет он звери сохатые,
А и волку, медведю спуску нет,
Он и зайцам, лисицам не брезговал
Всих поил — кормил дружину хоробрую,
Обувал, одевал добрых молодцев —
Носили они шубы соболиныя,
Переменныя шуба — то барсовыя...»

Легкая папирусная лодка плывет по заросшей тростником и лотосом дельте Нила. Посредине, непропорционально высокий, стоит охотник — фараон. В левой руке он держит за ноги несколько стремящихся вырваться цапель, а правой замахивается каким-то непривычным орудием — «метательной палкой». Вокруг — обилие различных видов пернатых, огромные бабочки, дикая кошка, в воде, под лодкой фараона,— большие рыбы...
Мчится колесница, влекомая тремя быстрыми лошадьми, возница нахлестывает их кнутом, ускоряя и без того неистовый бег животных. Царь-охотник, стоящий в колеснице, выпускает стрелы во льва. Уже несколько стрел засело в теле зверя, но он еще не повержен, преследует колесницу, и охотник извлекает из колчана новую стрелу для мощного боевого лука...

Египетские папирусы, древние египетские и ассирийские памятники донесли до нас много свидетельств о популярности охот того времени. Были уже и охотничьи парки. Один древний сюжет посвящен охоте на зверей, содержащихся в огороженном пространстве. Здесь антилопы, гиены, шакалы, зайцы, белки, дикобразы...

Нормы добычи не ограничивались, ибо охотниками были сами правители. Ассирийский царь Тулкат Гибалассар убил за свою жизнь 920 львов и был очень горд этим. Понтийский царь Митридат провел на охоте семь лет подряд, не заезжая ни в один населенный пункт, не заходя ни в один дом, довольствуясь ночлегами в охотничьих шатрах.

Сотни и тысячи львов, тигров, леопардов добывали властители Древнего Рима для своих цирков; делалось это в заморских колониях и, конечно, руками простых людей. Консул Помпеи устроил «празднество» в цирке, во время которого было убито более 600 львов. Ему же пришло в голову организовать на цирковой арене бой слонов с носорогами. Юлий Цезарь во время своего третьего консульства «усовершенствовал» это представление: против 20 слонов он выпустил 500 пеших гладиаторов. Император Филлипп после войны с персами доставил в Рим в качестве трофеев 32 слона, 10 оленей, 10 тигров, 60 львов, 30 леопардов, 40 диких лошадей.

Но и греческая, и римская знать в античные времена сама занималась охотой и приучала к ней своих приближенных. Греческий историк и полководец Ксенофонт писал в V в. до н. э.:
«Охотники этим занятием развивают телесную силу, тонкий слух, острое зрение и крепкое здоровье... Если доведется во время войны идти по самым неудобным дорогам, под изнуряющей тяжестью доспехов, то охотник не падает духом, так как он привык переносить такие неудобства».

Подобных же взглядов на охоту придерживались философ Платон и писатель-историк Плутарх. Страстными охотниками были Сципион, Сулла, Серторий, Помпей, Марк Антоний и многие другие видные деятели Древнего Рима времен республики.

Александр Македонский, сам неутомимый охотник, поручил написать своему воспитателю философу Аристотелю специальное произведение об охоте. Так появился один из древнейших охотничьих трактатов, в которых особое внимание уделено воспитанию физической выносливости и мужества у воинов.

...Специальные наставления по охотничьему делу, составленные античными авторами, назывались кинегетиками. Первый греческий кинегетик принадлежит Ксенофонту Афинскому (отрывок из него мы только что цитировали). Историк и географ Арриан (II в. н. э.) — автор второго греческого кинеге-тика. В его книге описаны способы охоты «варварских племен», незнакомые его предшественнику Ксенофонту; охарактеризованы породы лошадей и собак, применявшихся для охоты. Обе книги, кроме того,— древнейшие кинологические пособия. В них имеются обширные и ценные сведения о содержании собак и использовании их на охоте.

...Охоты 15—16 в. н. э. были очень разными по объектам, технике, традициям, очень сильно зависели от местных природных условий. Их великое множество, от охот со слонами на владыку джунглей — тигра в огромной экзотической Индии до травли лисиц в зеленых лугах Британии. Но повсеместно занятие охотой-забавой было уделом людей знатных, богатых. Многие столетия охота имела ярко выраженный классовый характер. Индийские магараджи, японские самураи, китайские мандарины, среднеазиатские ханы и эмиры, европейские князья и бароны — все они считали охоту своей привилегией и предавались ей часто в ущерб и своим делам, и благосостоянию подданных.

Охота — одно из самых страстных увлечений древнерусских князей. Они выезжали на охотничьи утехи с многочисленными дружинами, в нарядном одеянии, проводили в полях и лесах целые недели, шумными пирами отмечали удачи. Киевские князья Игорь, Владимир Красное Солнышко, Ярослав Мудрый, Владимир Мономах, Мстислав Владимирович, великий князь Московский Василий III, цари Иван Грозный, Алексей Михайлович — вот несколько самых известных сиятельных охотников древней и средневековой Руси.

«А и езжу я князь за охотою, За зайцами и за лисицами, За соболи и за куницами, Я стреляю гусей, белые лебеди, Перелетных малых уточек...» Такими словами рассказывает о своих охотничьих утехах князь Владимир в былине «Сорок калик со каликою...»

Видов охот было много, но со временем особенно популярной среди знати стала охота с ловчими птицами, соколиная охота. Ее истоки на Руси ведут от времен князя Олега из великого княжества Киевского. По данным историка Сементовского, описавшего в специальной книге «историю ловов великих князей Московских», Олег впервые привез из северных мест «выученных соколов и кречетов».

Вообще же охота с ловчими птицами зародилась в глубокой древности в Азии. Сохранились сведения о первом питомнике соколов, созданном в Китае в начале VII в. до н. э. Затем этот вид охоты появился в Корее, Японии и других странах континента. Наибольшего расцвета соколиная охота достигла в Азии при Чингисхане. Более семи тысяч семей сокольничьих ухаживали за ловчими птицами этого властителя.

В Европе соколиная охота появилась в III в. Таким образом, понадобилось много столетий для того, чтобы она дошла и до Древней Руси. Но дойдя, пустила здесь глубокие корни. Владимир Мономах лично ухаживал за своими соколами и ястребами, приучал их к охоте на пернатую дичь. Ловчие птицы, особенно кречеты, ценились очень высоко. Промышленники, отлавливавшие и поставлявшие соколов и ястребов, становились богатыми людьми. Угодья, в которых находились гнезда соколов, считались принадлежавшими землевладельцам; закон ограждал их от посягательств посторонних лиц...

Псовые охоты появились на Руси в начале XV в. Об этом свидетельствует тот факт, что в грамоте серпуховского князя Владимира Андреевича от 1410 г. впервые было употреблено слово «псарь» применительно к одному роду княжеских прислуг. В 1504 г. Иван III в духовной грамоте завещал своему сыну Симеону Ивановичу наряду с прочим достоянием «сельцо Луцинское... со псарнею». Очевидно, что к этому времени псовые охоты получили уже достаточно широкое распространение.

Красочны и ярки были охоты древней и средневековой Руси. Но направление эволюции их было предопределено причинами социального характера. К XIX —началу XX вв. они выродились в царские охоты, пышные, но неспортивные и истребительные. Огромное число различных зверей заранее собирали в одно место, и цари с приближенными хладнокровно расстреливали их из укрытий. Где бешеная гонка на резвых конях, где рискованное единоборство с рассвирепевшими зубром, туром или вепрем? — Не стало их, канули в прошлое.

В 1860 г. в Беловежской пуще была организована охота для Александра II. К ее подготовке привлекли целую армию: лесничего, 14 офицеров корпуса лесничих, 10 объездчиков, 90 стражников лесной охраны, 120 стрелков, полесовщиков и осочников и более 2 тыс. крестьян из окрестных деревень. Было огорожено охотничье ухожье площадью в 550 десятин, и в него долго сгоняли со всех сторон зубров. В лесах Гродненской губернии ловили зверей, сажали их в клетки и также доставляли в огороженный зверинец.

К началу «охотничьей потехи» удалось собрать: 117 зубров, 3 лося, 14 ланей, 23 кабана, 36 косуль, 17 волков, 15 лисиц, 14 барсуков, почти 100 зайцев. Поистине охотничий «ноев ковчег»! Внутри зверинца прорубили просеку и устроили вдоль нее стрелковые точки. Затем стали выпускать и гнать на стрелков зверей. Общие итоги «охоты»: 28 зубров, 2 лося, 10 ланей, 11 кабанов, 16 волков, 16 косуль, 7 лисиц, 4 барсука... Больше всего повезло зайцам: из сотни длинноухих охотники застрелили только двух...

Природные особенности России, ее огромные просторы, богатство животного мира позволили в XVII—XVIII вв. «отпочковаться» от княжеских охот новому, более спортивному и демократичному направлению в «охотничьих забавах». Сначала оно было уделом сравнительно немногих крупнопоместных землевладельцев, но затем, по мере дробления помещичьих владений и появления мелкопоместных помещиков, превратилось в занятие, доступное многим людям. «Записки мелкотравчатого» Е. Дриянского дают яркое и полное представление о характере охот того времени. И. Тургенев с ружьем и легавой, И. Бунин — на коне и с двустволкой за плечами — типичные представители дворян охотников-одиночек. У них есть верные помощники — лесники, охотничьи сторожа, егери, фанатически преданные охоте, всегда готовые сопровождать барина-охотника, прекрасно владеющие охотничьим мастерством.

Личности таких охотников из народа увековечены Л. Толстым, И. Тургеневым, Е. Дриянским, И. Буниным и другими писателями.

В Европе эволюция охоты была несколько иной. В средние века охота полностью находилась в руках знати. Охотничьи замки баронов и графов высились в центре угодий, в которых специальные сторожа и егери сберегали и разводили дичь и безжалостно карали браконьеров. «Охотничьи потехи» с многочисленными участниками были шумными и кровавыми, стоили каждый раз жизни сотням оленей, ланей, кабанов, косуль, множеству мелкой дичи. Известны и здесь свои печальные рекорды. Правитель Саксонии и Магдебурга, герцог Джон Георг 1с 1611 по 1655 гг. добыл 116 906 диких животных! Результаты каждой охоты он заносил в книгу регистрации добычи — огромный фолиант с кожаной, инкрустированной золотом обложкой. Он хранится в музее в Дрездене.

Встречающиеся в изобразительном искусстве сцены охоты европейского средневековья ярки, выразительны, динамичны, но довольно однообразны по содержанию. Кавалькады нарядных верховых охотников, иногда — в сопровождении дам, масса всякой, естественно, менее нарядной охотничьей обслуги, множество свирепых собак. Финал охотничьих сцен — дичь, чаще всего олень или кабан, окруженная собаками, иногда — приканчиваемая ударом копья или меча. Довольно часты сюжеты, в которых охотники — на скаку или из укрытий — стреляют в зверей из различных луков, арбалетов и аркебуз. Кстати, мощность и возможности этого оружия в наше время недооцениваются. Нам кажется, что без огнестрельного оружия на охоте и делать нечего. Между тем, хороший лучник мог вести прицельную стрельбу на расстоянии 150 м, выпуская в минуту до 10—12 тяжелых стрел, обладающих высокой поражающей способностью. Арбалет посылал свои стрелы на расстояние до 300—500 м, причем с хорошей точностью — до 200 м. Охотники на крупного зверя были вооружены копьями с очень широкими и острыми лезвиями. Два-три таких копья, воткнутые в туловище медведя или кабана, лишали его жизни так же быстро, как и современные тяжелые пули, предназначенные для крупного зверя.

В средние века отлавливалось огромное количество оленей, кабанов, ланей, косуль, волков, лисиц, зайцев и другого зверья. В специальных клетках их перевозили в загоны, а оттуда выпускали в огороженное замкнутое пространство, иногда даже — во внутренние дворы обширных охотничьих замков. Благородные рыцари и их разряженные дамы наблюдали за волнующим зрелищем со специальной трибуны, а зверей у них на глазах преследовали и убивали специальные егери...

Проходили века, совершенствовались, оттачивались многие виды охот, вырабатывались способы ведения рационального охотничьего хозяйства. Особых высот достигло искусство охоты с различными собаками. В конце XIX в. в Англии насчитывалось 323 стаи прекрасно обученных собак, включавшие в себя фоксхаундов, хэриеров, биглей и т. д. В 1748 г. в одной из охот веймарского герцога Эрнста Августа приняло участие 373 конных охотника, сопровождаемых 1100 собаками. Подготовка этой охоты, управление ею требовали отточенного мастерства.

Приход к власти буржуазии поставил в привилегированное положение другого охотника, не столь знатного, как прежде, но владеющего обширными земельными угодьями. Он охотился сам, приглаш-ал гостей, сдавал угодья в аренду. Ограниченные площади угодий, большая «цена охоты», чем в России, делали ее доступной меньшему числу желающих. Охота в Европе, за исключением самых северных, обширных и малонаселенных стран, всегда считалась занятием престижным... Страстные любители охоты из числа «простых людей» вынуждены были заниматься браконьерством, которое во многих странах каралось очень строго.

...Эпоха великих географических открытий принесла новые огромные возможности охотникам Старого Света. Первооткрыватели, мореплаватели, географы, путешественники, а затем и предприимчивые торговцы, вступая на новые, неизвестные до того земли обеих Америк, пробираясь по джунглям Африки и Южной Азии, высаживаясь в Австралии, Новой Зеландии, на бесчисленных островах Микронезии, сталкивались с неизвестным им животным миром, с охотничьими обычаями аборигенного населения. Слоны, носороги, гиппопотамы, жирафы, бесчисленные виды антилоп, зебры, африканские буйволы, американские олени, викуньи, многочисленные местные виды диких свиней, различные кенгуру, львы, тигры, леопарды, медведи-гризли, барибалы, страусы, фламинго, ибисы, сотни других неизвестных доселе европейскому охотнику диких зверей и птиц стали объектами его охоты! Чем больше расширялся поток переселенцев, тем сильнее увеличивалось влияние деятельности охотников на местную фауну. Колонисты, поселившиеся на новых землях, не сразу почувствовали себя рачительными хозяевами природных богатств: они продолжали безудержное преследование аборигенных животных. Печальные итоги этого хорошо известны: многие виды диких зверей и птиц были утрачены безвозвратно, многих пришлось «воскрешать» из небытия...

«Открыты» были уже все материки и крупные острова, открыты и обживались колонистами, а число странствующих охотников увеличивалось. Вести, доходившие из-за морей и океанов, будоражили их воображение: иным мерещились выдающиеся охотничьи трофеи в виде огромных слоновых бивней, экзотических шкур тигров и львов, рогов различных антилоп, у других страсть к новым охотам сочеталась с жаждой путешествий, знакомства с природой новых стран. Особенно вырос «охотничий туризм» — так называется ныне это явление— с развитием надежных и быстрых видов транспорта. Пароходы позволяли охотникам-путешественникам за несколько дней преодолевать обширные водные пространства, поезда увозили их в глубь континентов. Особенно большим был (да и остается) интерес иноземных охотников к «черному континенту» — Африке.

Когда начался современный период охоты и в чем его отличительные особенности? Ответить на этот вопрос непросто. Большинство видов индивидуальных и коллективных охот, используемых сейчас охотниками-любителями, появилось достаточно давно. Чем, например, отличается от современных охотников один из героев «Анны Карениной», охотившийся с легавой на дупелей и бекасов где-то в середине прошлого века? По технике, по приемам охоты — почти ничем. Больше было не измененных человеком и богатых пернатой дичью угодий, меньше — конкуренции со стороны других охотников... Но изменения все-таки произошли, и изменения принципиального характера. Думается, что они заключаются в основном в резком росте численности охотников и в повсеместной регламентации охоты. И раньше были закрытые для охоты участки, запретные сезоны, и прежде некоторые виды дичи брались под охрану владельцами охотничьих угодий и даже государственным законодательством. Но это были частные случаи, распространявшиеся (в разных государствах по-разному) на сравнительно небольшие участки территории и затрагивавшие относительно немногочисленных охотников. Сейчас регламентация охоты имеет всеобщий характер; необходимость ее объективна, связана как с ростом армии охотников, так и с хозяйственным освоением обширных угодий, бывших прежде «краем непуганых птиц»; причем, очень важно, что регулирование охоты имеет не только научную, но и этическую основу, оно стало «второй привычкой» культурного охотника.

Перестав быть основным или единственным источником одежды и мясной пищи, охота постепенно превратилась в феномен с чрезвычайно своеобразными социально-экономическими и эстетическими характеристиками. В охоте сейчас сочетаются древняя охотничья страсть и современное стремление к тесному общению с природой, необходимость в физических нагрузках, надежда снять различные стрессы, возможность получить эстетическое наслаждение от встреч с дикими зверями и птицами, от наблюдений за ними...

Не лишена охота и элементов соревнования и спортивности, охотничий трофей не утратил до конца своего — в основном престижного — значения.

Охота, у которой целая армия фанатичных и бескорыстных приверженцев во всех странах, стала объектом яростных нападок столь же фанатичных ее противников. Возникло антиохотничье движение, участники которого, чаще всего руководимые благородными стремлениями, плохо информированы о современной положительной роли охоты и, путая причины со следствиями, упрекают охотников в том, в чем повинны прежде всего неуправляемые и неконтролируемые издержки научно-технического прогресса...

Дичь уничтожает не охотник, а бульдозер. Это небезызвестное мнение французского ученого Жана Дорста нуждается в неустанном повторении и разъяснении среди самых широких кругов общественности.

Тема чрезвычайно усложняется тем, что сейчас охоты в чистом виде не существует почти нигде. Она стала частью системы по регулированию использования живой природы; для ее организации, ре гламентации, совершенствования, для использования ее продукции возникла особая форма человеческой деятельности — охотничье хозяйство. И оно так же сложно и многообразно, как многолики условия — природные социальные, экономические,— в которых приходится его вести. Но в то же время охотничье хозяйство всех стран обладает (и не может не обладать) некоторыми общими чертами. Оно должно знать состояние своих ресурсов, иметь четкое представление о закономерностях их колебаний в естественных условиях и под влиянием человека. Следовательно, оно должно изучать охотничьих животных, охотника, воздействие охоты на размеры и структуру популяций дичи, разрабатывать оптимальные сроки и нормы охоты, методы контроля за ними и многое другое. Эмпирически данные вопросы не решить, поэтому возникновение организованного охотничьего хозяйства с неизбежностью привело к появлению новой прикладной науки, обслуживающей потребности этой отрасли,— охотоведения. Оно не ограничивается регламентацией охоты. Задачи охотоведения шире — это еще и изучение способов воспроизводства, увеличение охотничьих ресурсов методами биотехнии и дичеразведения.

Смотрите также:

    Рыбная ловля

    Для этого необходимы лишь наличие соответствующей экипировки, бережное отношение к природе и соблюдение правил и сроков охоты, рыбной ловли, сбора плодов, ягод и растений, установленных местным Советом народных депутатов

     

Меню

Некоммерческий информационный сайт для любителей рыбалки и охоты.
Напоминаем вам о необходимости получения всех требуемых законом лицензий и разрешений!
2010-2017 гг. eco-trophy.ru